Подверженность страхам

Кто глубину вещей изведал? Лишь жаба Без страха и тоски, слегка склонившись на бок, Без гнева, без стыда, смотрела нежным взглядом, Как тихо занавес вослед за солнцем падал; Кто знает, может, проклятое создание, Изгнанное от всех, славы мироздания Не знавшее, с таким смешным зрачком противным, Без озаренья сверху, тщедушное, под ливнем Утихающим, все скользкое и грязное, Без блеска звезд в глазах, думало о праздном? Один прохожий, увидев эту жабу вдруг, Весь содрогнулся, занес над головой каблук: Он был священником, познавшим все на свете, А после женщина, с своим цветком в корсете К ней подошла и вырвала глаз тот глумливый; И был священник стар, а женщина — красивой. Четверо школьников, спокойных, безмятежных Пришли: А жаба лезла дальше во впадине опять, Уже темнело небо, полей синела гладь; Но хищник ночь искал, заметили детишки, Вскричали:

Читать бесплатно книгу Иерусалимские гарики - Губерман Игорь

Его заводят для себя против его воли, а не приглашают пожить. Зато и печалей у него куда меньше в жизни, ни работы, ни ипотеки, кормят нахаляву, лечат, играют с ним и так далее. Не, без лап он не сможет ходить к лотку, да и подвижным не будет, а это не так интересно.

Бедняга, считая себя безнадежно погибшим, стремительно рванулся вперед и поплыл из Так провел он четверть часа в несказанном страхе, который он при всем своем . Между тем его начинал терзать страшнейший голод.

Кто придумал, что мир так жесток и безжалостно жизни движение? Мы зря и глупо тратим силы, кляня земную маету: Когда нас повезут на катафалке, незримые слезинки оботрут и грустно свой продолжат нежный труд. Когда всё сбылось, утекло, и мир понятен до предела, душе легко, светло, тепло; а тут как раз и вынос тела. Те, кто на поминках шумно пьёт, праведней печальников на тризне: В конце земного срока своего, готов уже в последнюю дорогу, я счастлив, что не должен ничего, нигде и никому.

В местах не лучших скоро будем мы остужать земную страсть не дай, Господь, хорошим людям совсем навек туда попасть. К любым мы готовы потерям, терять же себя так нелепо, что мы в это слепо не верим почти до могильного склепа. В игре творил Господь миры, а в их числе - земной, где смерть - условие игры для входа в мир иной. О смерти если знать заранее,. Весь век я был занят заботой о плоти, а дух только что запоздало проснулся, и я ощущаю себя на излёте - как пуля, которой Господь промахнулся.

Хижина бедна, но прибрана опрятно. Чувствуешь, как будто свет приятный Сияет в сумраке под кровом этим скромным. Рыбачья сеть в углу; по стенам темным, На полках - старая расставлена посуда; Мелькает огонек над тухнущею грудой Горящих угольев в печи.

Он долго не мог пересилить свой страх и молчал, словно взвешивая все варианты. Вокру бы и терзал беднягу, да забрела места выдра.

За все наши мужицкие злодейства я женщине воздвиг бы монумент, мужчина — только вывеска семейства, а женщина — и балки, и цемент. В доме, где любовь уже утратили, чешется у женщины рука: Послушно соглашаюсь я с женой, хотя я совершенно не уверен, что конь, пускай изрядно пожилой, уже обязан тихим быть, как мерин. Когда у нас рассудок, дух и честь находятся в согласии и мире, еще у двоеженца радость есть от мысли, что не три и не четыре.

Я с гордостью думал в ночной тишине, как верность мы свято храним, как долго и стойко я предан жене и дивным подружкам двоим.

Гарики из Иерусалима (третий иерусалимский дневник)

Ты в первый раз зашел туда, Увидел красные машины, И рассказал, какие происходят тут картины: Да брось, не знаешь ничего ты. Здесь мало платят, подвигов не ждут, Здесь каждый день лишь хоз работы. Ты думаешь, пожарные работают Лишь на пожарах и людей спасают? Да, есть конечно тут такое, Но редко, чтобы это вспоминали.

И тут вдруг бедняга-Йорик напомнил о себе, попросился на волю. .. буркнул Леня. - Нюфа и так в штаны от страха наложил. . Меня терзали обрывки мыслей и снов, неприятных, как воспоминания о первом неудачном сексе.

Бобби сполз на самый краешек стула. Джекки повторил вопрос Бобби. Живая смерть-Это мой брат, ее сын, ее любимчик, ее отродье. По мою душу пришел. И Фрэнк с жалобным мычанием снова попытался встать с кресла. Джекки велел ему оставаться на месте. Фрэнк нехотя подчинился, но страх терзал его все сильнее: Как ни старался Джекки перенести Фрэнка в более близкое время или вывести его из транса — ничего не получалось.

Скорее, скорее, скорее… У Джулии сердце разрывалось. Жалкий, беззащитный Фрэнк совсем взмок от пота и дрожал как в лихорадке. Волосы лезли в глаза, но кошмарный образ из прошлого был виден ему со всей отчетливостью. Джекки запретил ему двигаться с места. Господи, ну и видок у него. Как бы его кондрашка не хватил.

Бедные люди (Достоевский)/Июль

Странные эпидемии В июле года в Страсбурге во Франции женщина по имени фрау Троффеа вышла на улицу и принялась выделывать танцевальные па, что продолжадлсь несколько дней. К концу первой недели к ней присоединились 34 местных жителя. Затем толпа танцующих разрослась до участников, Этот исторический эпизод, который получил название"танцевальная чума" или"эпидемия года".

Тогда власти посчитали, что излечить танцоров-мучеников можно только продолжением танца, однако к концу лета среди танцующих десятки погибли от сердечных приступов, инсультов и просто от истощения.

как страх накрыл его снежной лавиной, догнавшей беднягу-лыжника на коварном Пока некую часть разделившегося сознания Фриша терзал страх.

Кем мне завтра быть - только мне решать Я досмотрела"летняя мама" с Миурой Харумой. Очередная шикарная японская драма. Может, потому что тема мне отчасти близка, я так переживала. Некоторые вещи, правда, были чуток наигранны, но в целом 4,5 из 5. Давно не смотрела такой хорошей японщины. О, и отдельное слово о японских заставках. Ещё с"Лучшие друзья","Красная нить судьбы","Запретная любовь","Невинная любовь" и нескольких таких дорам я поражалась, какие чувственные и в то же рвемя простые у японцев заставки опененги.

Страх и ненависть. Чего боятся спортсмены?

Евгению Шацкому , проф. Игорь Семенович Кон Документ Игорь Кон всю жизнь работал на стыке разных общественных и гуманитарных наук: С его именем тесно связано рождение в России таких дисциплин, как история социологии, социология Бразования и науки кыргызской республики том"зачем нам чужая земля" русское литературное зарубежье хрестоматия учебник. Бишкек Учебник Работа создана в помощь изучающим литературу русского зарубежья, необычна и отличается от аналогичных работ.

Страх и ненависть, ненависть и страх. Бедняга Айдос.. вдруг с ужасом обнаружил, что ему доставляет чуть ли не наслаждение терзать немца, то и .

Хоть я свои недуги не лечу, однако, зная многих докторов, я изредка к приятелю-врачу хожу, когда бедняга нездоров. Я курю возле рюмки моей, а по миру сочится с экранов соловьиное пение змей Мой восторг от жизни обоснован, Бог весьма украсил жизнь мою: В эпоху той поры волшебной, когда дышал еще легко, для всех в моей груди душевной имелось птичье молоко. Слегка душа очнулась в теле. Но чувство странное, что я - башмак, который не надели.

С утра неуютно живется сове, прохожие злят и проезжие, а затхлость такая в ее голове, что мысли ужасно несвежие.

Эль Сид (1961)/исторический,боевик.мелодрама.